Прислать новость
  • 22 °C
    Погода в Бресте

    22 °C

  • 2.5315
    Курс валюты в Бресте
    USD2.5315
    EURO2.6603
    100 RUB4.7307

Брестская крепость (поэма)

20.06.2011 14:59

1

Отгремели жаркие баталии,

Реклама

Проиграл войну Наполеон!

А в верхах российских сочиняли,

Как построить западный заслон.

Неспокойно все же, и Европа

Вновь, как спичка, вспыхнула огнем!

Сколько можно рвать все страны в клочья

И народ вытравливать притом?!

Крепость. Как преграда. Как спасение.

Два десятилетия спустя

Реклама

Государь придумывает стройку,

Здравомыслию верность сохраня.

Цитадель, что так необходима,

Тяжкий труд потребует взамен

За печальный голос крепких-крепких

Брест-Литовских непреступных стен.

Стройке, очень сложной и нескорой,

Инженеры лучшие даны.

Роты две, как мощные моторы,

Закрутили вмиг моховики!

Миг длиной в десяток лет.

Час настал! Работы отгремели!

Над казармой водрузили флаг,

Гордый флаг на русской цитадели!

Главный корпус – яркая звезда,

Гордость всей военной инженерии.

Вдруг вопрос: – А сколько же длина?

– Километра два, никак не менее!

– Что длина! Какие стены в ней!

Тут Царь-пушка справится едва ли!

– Цитадель! Вот это цитадель! –

В один голос люди восклицали.

Укрепления, казематы, валы

С трех сторон окутали «Звезду»,

На четыре острова разбиты

Речкой Буг, похожей на слезу!

Мухавцем, неспешною рекою,

Цитадель окутавшей собой.

Век спустя узнают эти реки,

Что подарят жизнь своей водой.

Летели годы, а за ними в полный шаг

Артиллеристы смело наступали.

Теперь и пушки, горсть сомнений дав,

Без робости все стены прошибали!

– Вот это дальнобойность! А снаряд!

– Ядру такому крепость не помеха!

О новой стройке в Бресте говорят,

И инженерам снова не до смеха.

Всем стало ясно: крепость уязвима,

Военная промышленность не ждет!

И государь скомандовал: «Вперед!»

На то имелась веская причина

В лице соседей слишком боевых:

Литвы, Германии, Австро-Венгрии, Польши.

«Построить форты, да как можно больше,

Надежной цепью цитадель прикрыв!»

Десять фортов. Десять отделений.

Защищают крепость от врагов.

И уже не за горами время,

Когда кликнет Родина сынов!

О форпост! Глаз не смыкает ночью!

А в небе звезды словно фонари!

Стоит форпост! И все сомнения в клочья!

Ночует Русь до утренней поры!

А утром опускаются туманы,

Ни крепости не видно, ни людей!

А утром начинаются пожары,

Распугивая белых журавлей.

И грянул гром! И Брест огнем охвачен!

Без боя крепость немцам отдана!

Страна решает важную задачу,

Как на фронтах остановить врага!

Три долгих года Первой мировой!

Война глуха! Она людей не слышит!

Ты видишь ужас? Полыхают крыши!

И больше не вернемся мы домой!

Но здравый смысл опять преобладал!

На Брестчине, в казармах цитадели

Подписан мир! Баталии отгремели!

И русский флаг над Бугом воссиял!

 

2

Разрушен утренний покой

От залпов вражеских орудий!

Кто выступает в роли судей?!

Фашист в машине боевой?!

Внезапно! Подло! Прямо в спину

Был нанесен по нам удар.

Снаряды рвутся тут и там,

Летит на цитадель лавина!

Начало пятого утра.

В неравный бой вступает крепость,

И поднимается волна

Сопротивления. И крепость духа

В ратный бой зовет! Она одна с тобою,

Коммунистическая воля тебе командует: «Вперед!

Стоять насмерть! Любой ценою!»

Не страх! Не боль! Не плач! Не крик!

Лишь только Родина с тобою!

Ты головою не поник

Под натиском врага суровым.

Защитник! В имени твоем

Нам очень многое знакомо,

Но все ли знаем мы о нем?!

Как первый день был самым длинным,

Был труден этот первый бой!

Как подрывался ты на минах,

Как умирал в траве сырой.

Весь день, атака за атакой

Ты не давал врагу пройти!

Красна от ран твоя рубаха,

Но ты сражался вопреки

Всем ранам этим! Страшной боли!

Тот первый натиск отбивал

И пулеметною стрельбою

Сразил фашиста наповал!

Семь тридцать. С криками «ура!»

Поднял бойцов в контратаку

Комсорг Самвел Матевосян,

И понеслась пехота в драку!

Враг начал спешно отходить,

От пуль возмездия спасаясь,

«Не тут то было! Будем бить!

За нашу Родину сражаясь!»

В кровавых схватках рукопашных,

Где дрались яростно, насмерть!

Не зря бойцов девизом сталось:

«Хоть умереть, но победить!»

Прогнав за Холмские ворота

Отряды дерзкого врага,

Держала крепость оборону,

Сражаясь с ночи до утра…

 

3

Кто знал, что с первых дней войны

Вся крепость в окружении билась

И помощи своих полков

Покуда ждать не приходилось.

Радист выходит с донесением

В забитый немцами эфир:

«Я крепость!» – вскрикнул он с волнением!

«Я крепость! – снова повторил! –

Ведем сражение! Все нормально!

Ждем указаний, командир!»

И посылая раз за разом

Сигнал тревожный в микрофон,

Он ждал ответа, ждал приказа.

Но был отрезан гарнизон

От связи с городом, с дивизией.

Радист же рук не опустил!

«Я крепость!» – вскрикнул он с волнением.

«Я крепость!» – снова повторил.

И до последнего дыхания

Дралась «радейка», словно волк!

Но вот закончилось питание,

И голос навсегда замолк.

И все же бой! Не белы флаги!

Здесь знамя красное горит!

И нет теперь воды во фляге,

Стакан войны уже испит!

Печалью вдов, убитых горем,

Страданием матерей седых,

Крылами чаек, что над морем

Пропели свой безвестный стих!

Так и защитник, твердо зная,

Что он боролся за народ,

«Я крепость! – вскрикнул умирая. –

Прощай, родимый небосвод!»

«Я крепость!» – гордо и печально

Слезами душу обольет.

И где-то в небе стая чаек

Бойцу про Родину споет…

 

4

Ночь за ночью, день за днем

Героически сражаясь,

Пораженные огнем,

Вновь солдаты поднимались.

Поднимались даже те,

Кто контужен не однажды,

В забинтованной руке

Автомат держал отважно.

И воспитанник там был,

Петя Клыпа – храбрый малый.

Он патроны приносил

В час, когда их не хватало.

А ведь этот страшный час

Плавно в дни переплавлялся,

Гарнизон все не сдавался,

Отбиваясь и борясь.

Комбат командует: «Огонь!

Бей врага из пулемета!»

Наша русская пехота

Принимает этот бой!

Повоюем, постреляем,

Разгромим еще врага!

До последнего патрона,

До последнего «ура!»,

До последней батареи,

До последнего бойца,

До последней капли крови,

До победного конца…

 

5

Пала крепость на девятый день,

Но не все смирились с поражением!

Оставались в цитадели те,

Кто готов продолжить был сражение.

Не известны все по именам.

Сколько было их, никто не скажет.

И в музее, в свете панорам

Фотографию эту не покажут,

Не расскажут о последнем дне,

Не опишут, как на амбразуру

Бросился Иван, иль Алексей,

Или Алик с горного аула.

То безвестный, стало быть, герой,

Не подвластный вечному забвению,

Он и старый, он и молодой,

Тот, который бился в окружении.

Сколько было их, никто не скажет,

Не известны все по именам.

О советских сыновьях отважных

Только стены все расскажут нам.

 

6

Защитник крепости сержант Алексей Романов летом 1941 года попадает в плен к гитлеровцам. А в декабре 1943-го Алексей Данилович вместе с бывшим политработником Иваном Мельником совершают побег из интернационального лагеря Феддель в Гамбурге. Мельник умирает в трюме «Ариеля» – корабля, на котором недавние узники уплывают из Германии в Швецию. Романов чудом остается в живых…

 

Укол! И вот он без сознания

В траве, распластанный, лежит.

А фриц с улыбкою нахальной

Ногой солдата шевелит!

– Нет, врешь, проклятый! Не сломались!

Нас и в неволе не сломить!

Покуда Родина позволит,

Нам и в плену бойцами быть.

Бойцами, то читай сынами,

Что с детских лет и до черты

Присягу верно исполняли

И с нею были рождены!

Как не бывать без света солнцу,

Так и не жить сегодня нам

Без стойкости и без упорства,

Что, впрочем, свойственно бойцам.

Пусть будет тяжко нам в неволе,

Пускай до дома долог путь,

Но кто о хате, об ауле

Нет-нет и вспомнит как-нибудь.

Ведь дом родной всего дороже,

Старушка-мать седая ждет,

И дочка-крошка по дорожке

С женой-красавицей идет.

– А может, наши там в неволе?

– А может, уж на свете нет?

– А может, может, где-то в поле,

В землянке прячется наш дед?

Да, нет! То люд другого сорта!

Не станет немца ублажать!

А если в доме «не комфортно»,

То в партизаны воевать!

– А сколько их в лесах воюет?

Наверно, всех не сосчитать?

– Знать, часто фрицев атакуют?

– Наверно, так. Откуда знать?!

– Ни связи нет тебе, ни писем.

Побои жуткие и мор.

А вот возьмем да молнией «свиснем»

В тоннеле, скрывшись за углом!

– Побег, конечно, лотерея,

Но нам другого не дано!

Давай, Иван! Бежим скорее!

Покуда на дворе темно.

И словно тени промелькнули,

Исчезнув где-то вдалеке,

А фрицы с тяжестью вздохнули:

«Вчерашних пленных нет нигде!»

…И не догнать уже сбежавших:

На корабле в моря ушли.

Их, Родину оборонявших,

Теперь другие ждут бои…

Вот сухогруз пришвартовался,

Порт Гетеборга пополнел,

Таких людей изголодавших,

Не знал и знать едва хотел.

Один из беглецов скончался,

Другой еще как есть дышал

И был полицией портовой,

В тюремную больницу сдан.

Но наши в Швеции тоже были

И приютили беглеца.

Коммунистическая партия,

Которой не было конца,

Признала сына боевого

И помогала, чем могла.

Как помогают в день голодный,

Отдав товарищу сперва

Краюшку хлеба иль картошку.

– Что в котелке еще моем?

Давай-ка, друг, поешь немножко!

Ведь сыты будем – не помрем!

 

7

Под властью вражеского гнета

В плену три года Брест мрачнел,

Но вот пришла, пришла пехота,

И немец сразу погрустнел.

И с настроением невеселым,

Как змей, попятился назад!

Копьем возмездия тяжелым

Был поражен теперь стократ!

Два слова – радость и свобода –

Как пара милых журавлей

Домой вернулись через годы,

И стало на душе светлей!

 

8

Придя с чужбины в дом родной,

Больной и исхудавший,

Он стал как будто бы чужой,

Солдат, в плену бывавший.

Про крепость гордо говоря,

Как защищали с боем,

Был снова сослан в лагеря

На север под конвоем.

И не вина его, что так

Надменно и жестоко

Ему начислила судьба

Весь груз второго срока.

Репрессий час настал тогда,

И надо же случиться,

Что многих он «отвоевал»,

Писатель из столицы.

Сергей Смирнов в страде большой

Своим трудом тяжелым

Про подвиг крепости с душой

Поведал нашим селам,

Аулам-хуторам и прочим городам…

И спохватились наверху,

Узнав, что там творилось,

Что в крепости одной

Когда-то приключилось,

Освободив защитников

Из наших лагерей

И мемориал красивый

Построив поскорей…

Теперь не просто крепость,

А крепость-герой,

И медаль «Золотая звезда» и орден Ленина,

И штык-обелиск как напоминание о том,

Что Родина не была потеряна!

И скульптурную композицию

Под названием «Жажда»

Мы на мемориале увидели.

Она нам расскажет, как солдат отважный

Пополз за водой тише мыши…

Но даже эта, казалось бы, идеальная тишина

Все равно нарушалась пулеметной очередью,

А солдат знал о том, что в крепости боевые друзья,

Которые пить хотят очень!

И сам то он, изнеможенный жаждой,

Полз к воде из последних сил,

Так с каскою и застыл,

Бросаясь вперед отважно!

Память по праву сохранена

Ради будущих поколений,

Чтобы даже через века

Гуляли по этой аллее.

Чтоб знали про подвиги и героизм,

О том вспоминая солдате,

Кто жизнь положил, чтоб воды принести

Для друга бойца в каземате!

 

9

От потрясений, знает всякий,

Страховки в нашем мире нет.

Союз Советский спел куплет,

Поведав жителям о крахе.

И в ходе этих перемен

О мемориале позабыли,

Осталась только связь времен…

И в ту тяжелую годину

России первый президент

Созвал союзных стран совет,

Чтоб эту обсудить проблему.

Решить задачу нелегко,

И денег надо слишком много.

Одной Белоруссии тяжело,

Но ведь друзей хороших много!

Соседи – спутники ее,

Что даже в этот час нелегкий

Решили дружно: «Все равно!

Нам вместе плыть на этой лодке,

Чье имя «Память». Навсегда

Она связала наши страны,

Всех нас затронула война,

Все от нее имеют раны…

Так восстановим сообща

Мемориал у цитадели,

История на всех одна,

И на куски ее не делят!

Одна война – одна судьба,

Один комбат, одно сражение,

И мемориальная доска,

Где тоже все без разделения!

Грузин, и русский, и латыш,

Что пали здесь, у цитадели.

Здесь как всегда растет камыш,

На братской, стало быть, могиле…

 

10

Воспрянул и в этот раз

Победоносный мемориал!

Ты через годы, как Пегас,

К потомкам дальним прискакал.

И звучно яркий облик твой,

Как символ нового пути

И образ стойкого бойца,

Всегда живет в моей груди!

«Мы не забыли Подвиг твой!» –

Ребята хором говорят,

И марширует дружно строй

Еще вчерашних октябрят.

Здесь пионеры и сейчас

Вселенской гордости полны,

Ведь Беларусь для них как мать,

Которой были рождены!

И любит Родина сынов,

И не забудет никогда

Про славный подвиг городов,

Про Бранденбургские врата…

Но ведь Берлин – конец дороги,

Начало – в Бресте цитадель.

Не знаю, как сказать о долге,

Том вечном долге перед ней.

Оцените статью

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш Telegram-бот. Это анонимно и быстро

Подпишитесь на наши новости в Google

Eсли вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.