Прислать новость
  • -14 °C
    Погода в Бресте

    -14 °C

  • 2.5721
    Курс валюты в Бресте
    USD2.5721
    EURO3.1261
    100 RUB3.4916

«Сейчас волонтеров почти нет, остались единичные островки активности»: брестчанин о заглохших COVID-инициативах

«Сейчас волонтеров почти нет, остались единичные островки активности»: брестчанин о заглохших COVID-инициативах

558 01.12.2020 18:48 Фото носит иллюстративный характер. Источник: https://www.pixabay.com/

Волонтер рассказал, как брестчане во время первой волны пандемии изготавливали средства индивидуальной защиты для врачей и почему это все заглохло.

Во время первой волны COVID-19 то тут, то там было слышно о волонтерских инициативах: люди сами шили защитные маски, комбинезоны и прочие средства индивидуальной защиты и передавали медикам. После небольшой передышки страну накрыло второй волной, но о волонтерских инициативах теперь не слышно. В чем дело?

На тонкой грани

Реклама

О том, как созревало и развивалось хорошее, но «хлопотное дельце» в начале этого года, рассказал брестчанин Денис, который стоял у истоков волонтерской инициативы в нашем регионе. Он пожелал остаться анонимным (имя изменено). Не потому, что очень скромный (хотя и это тоже), а потому, что в нынешних реалиях как никогда актуальна поговорка «Сделай добро – и беги».

Еще весной, когда волонтерское дело было на пике, мы просили Дениса дать интервью. Он вежливо отказался и пояснил: «Я бы с радостью рассказал, но поймите, мы работаем на тонкой грани. Не хотим лишнего внимания. Вы же понимаете…»

Как в воду глядел. Краудфандинговые платформы Ulej и MolaMola, которые за считаные часы и дни собирали деньги для любых идей, не дожили до осени (основатель MolaMola – Эдуард Бабарико – сын бывшего председателя правления Белгазпромбанка Виктора Бабарико). Платформы были заблокированы.

Реклама

Волонтеры грандиозной для Беларуси кампании #BYCOVID19 оказали помощь сотням медучреждений по всей стране, доставили медикам неимоверное количество средств индивидуальной защиты (респираторы, маски, бахилы, нарукавники, щитки), обеспечили пульсоксиметрами, рециркуляторами, бесконтактными термометрами и даже стиральными машинами для служебной одежды медиков. В июле координатор инициативы #BYCOVID19 Андрей Стрижак с семьей покинул Беларусь. Закрыта даже мастерская по пошиву средств защиты для врачей во время пандемии в Гродненском детском хосписе…

Если бы мы нарисовали карту COVID-волонтерства, то увидели бы: вместо прежней обширной сети, окутывавшей Беларусь, остались лишь редкие точки личных инициатив.

Читайте также: «Люди страшно боятся умереть, но ждут красивую расцветочку», или Как брестчанки шьют защитные маски (+фото выкройки)

«Наивный чукотский парень»

Денис неохотно вспоминает то, как вдруг стал волонтером. Оно и понятно – мотивация сменилась усталостью и разочарованием. Нет, все было не впустую, но… закончилось, как не должно было закончиться.

«Еще до того, как пандемия добралась до нас, в Италии начали печатать на 3D-принтере увлажнители кислорода – детали для аппарата ИВЛ. Они были очень дорогие, их все время не хватало, и какие-то ребята изготовили их на принтере. Мы с моим знакомым этим впечатлились и решили, что, если вдруг что-то у нас начнется, мы обязательно подключимся», – рассказывает Денис.

Реклама

3D-принтер он купил задолго до этого, еще в те времена, когда это чудо техники было в диковинку у нас в стране. Моделировал и печатал разное – фигурки в качестве развлечения и редкие детали для строительства. В этом году дело дошло до средств индивидуальной защиты.

У них все есть, а мы – какие-то непонятные чудики, которые предлагают какие-то несертифицированные вещи.

«Я был наивный чукотский парень… Думал, встряну в это дело и буду тихонько что-то такое печатать и гордиться тем, что я такой хороший человек, который приносит пользу. Был еще один знакомый из Брестского технопарка, который тоже занимался 3D-печатью, – вспоминает Денис. – Еще до появления первого COVID-пациента в нашем регионе я звонил в больницу поинтересоваться, что им могло бы быть нужно. Мне ответили, что им ничего не нужно, у них все есть, а мы – какие-то непонятные чудики, которые предлагают им какие-то несертифицированные вещи. Ну, хорошо…»

«Сейчас волонтеров почти нет, остались единичные островки активности»: брестчанин о заглохших COVID-инициативах
Фото носит иллюстративный характер

Неожиданно Денис сам попал в больницу. Долечить внезапную неврологическую хворь не успел – его отправили домой, так как здание целиком освободили для прибывающих пациентов с коронавирусной инфекцией.

«Пока я был в больнице, знакомый написал мне, мол, смотри, в Минске люди из Хакерспейс печатают щитки для медиков, помогают, а мы что? Давайте тоже что-то сделаем. В итоге собралась небольшая компания людей. В больнице я насмотрелся на несчастных врачей: видно было, что все маски у них самодельные, без специальной жестяной вставки сверху, которая обеспечивает нормальное прилегание к носу. И там, смотришь, не то что вирус, а трактор проедет между лицом и маской!»

Однажды утром Денис сел в машину и поехал в Минск. Купил пластик для печати, для щитков, резинки и прочие расходные материалы. На все потратил порядка 700 долларов личных средств.

«Спросите меня, зачем мне это было надо. Я не смогу ответить», – пожимает плечами Денис.

Заехал в гости в Хакерспейс, где столичные волонтеры дали ему два экземпляра щитка. Постепенно к инициативе Дениса подключались новые люди (и даже небольшие частные фирмы): кто-то помогал деньгами, кто-то руками – шил, кроил, собирал, координировал, отвозил.

Читайте также: «Если хватает денег на водометы, должно хватать и на аппараты ИВЛ»: Кампания #BYCOVID19 не будет помогать медикам

Респираторы, маски, костюмы и… слезы врачей

За время первой волны пандемии брестские волонтеры изготовили и отправили в 29 населенных пунктов около 3 – 5 тысяч защитных комбинезонов, больше 10 тысяч щитков для лица. Помощь получили не только врачи областных и районных городов, но и маленьких поселков.

Волонтеры проявляли чудеса самоорганизации и изобретательства: собирали щитки, маски для ныряния с помощью фильтров для ИВЛ и напечатанных на 3D-принтере переходников переделывали в респираторы (которые исчезли из продажи повсюду, даже в строительных магазинах), из обычного спанбонда шили «американские» защитные комбинезоны и шапочки.

«Сейчас волонтеров почти нет, остались единичные островки активности»: брестчанин о заглохших COVID-инициативах
07.02.2020 Минск. 6 городская клиническая больница. Учения по борьбе с коронавирусом. Приемное отделение терапии. Фото Александра Кулевского

«Когда наша текстильная промышленность по госзаказам шила маски на экспорт, нашим врачам нужны были комбинезоны, которых остро не хватало. По факту комбинезон одноразовый, но наши врачи его стирали, обрабатывали дезрастворами и снова надевали, – рассказывает Денис. – Мы нашли в интернете на американских сайтах выкройки комбинезонов. Проблема была в том, что там были дюймовые размеры. Одна брестская мастерица перевела дюймы в сантиметры и сделала лекала. Шить комбинезоны в Бресте не успевали, поэтому отправляли раскроенный материал и лекала в другие пункты Брестской области, где местные волонтеры шили комбинезоны из спанбонда».

И если рабочая сила держалась на волонтерской мотивации и душевном порыве, то расходные материалы с неба не падали и стоили весьма недешево. На помощь пришла краудфандинговая платформа MolaMola, с помощью которой можно было финансово поддержать любую из представленных там идей. На собранные деньги ребята докупали пластик, спанбонд, фурнитуру, заправляли машины тех, кто развозил посылки и прочее, прочее…

Интернет-заявки подавали врачи и даже главврачи.

«Когда Хакерспейс прекратил участие в активностях по СOVID, мы еще какое-то время поработали под #BYCOVID19. Получив доступ к их базе, посмотрел на этот ужас, сколько всего требовалось и было завезено в медучреждения. Заявки подавали не сами больницы. У нас же как устроено? Ты звонишь сам, тебе отвечают: «У нас все хорошо, ничего не надо». Интернет-заявки подавали врачи и даже главврачи. Смотришь: официально ничего не надо, но при этом фамилия главврача висит в списке заявок», – говорит Денис.

В прямом смысле плакали в трубку: мол, их все бросили и о них никто не думает.

Бывало, на личный номер волонтеров звонили врачи. И не всегда с просьбой о помощи или благодарностью.

«Что я только не выслушал! В прямом смысле плакали в трубку: мол, их все бросили и о них никто не думает. Бывало, что высказывали мне, какая я сволочь, потому что куда-то что-то отвезли, а им ничего. Признаюсь, иногда злобно реагировал и спрашивал: «Почему вы к государству не идете, с претензией в исполком?» Мы физически не могли всех обеспечить, хоть и старались создать максимально эффективную стратегию в условиях недостатка ресурсов».

Читайте также: Лукашенко жестко раскритиковал то, что дети носят маски в школе: «Если где-то это есть, те, кто это ввел, ответят»

Воодушевление сменилось усталостью и выгоранием. Совмещать такую нагрузку с работой и личной жизнью становилось все сложнее.

«Признаюсь честно, в какой-то момент у меня просто сдали нервы, и пошатнулось здоровье. Я вышел. Постепенно наша, как и многие прочие COVID-инициативы, заглохла. Пандемия пошла на спад, люди переключились на другие дела, – рассказывает Денис. – Сейчас волонтеров почти нет, остались какие-то единичные островки активности. Всё закончилось».

Задаем Денису риторический вопрос – почему в период пандемии, когда волонтерские инициативы нужны людям особенно остро, любая форма самоорганизации, мягко говоря, у нас не приветствуется? Может, слишком заметна на фоне нерасторопности, а порой и вовсе бездействия властей?

«В нашей стране самостоятельно думать запрещено, – коротко отвечает Денис. – Таких, как мы, быть не должно».

И что тут добавишь…

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш Telegram-бот. Это анонимно и быстро

Eсли вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.