Прислать новость
  • -5 °C
    Погода в Бресте

    -5 °C

  • 2.5873
    Курс валюты в Бресте
    USD2.5873
    EURO3.0987
    100 RUB3.3982

Задержание Брест Милиция автозак Брестская газета

Правозащитник о пути от задержания до наказания: «Сейчас шутят: «Не сидел – не белорус»

793 31.10.2020 18:31 Задержание в Бресте. Источник: https://www.tut.by

Правозащитник Владимир Величкин рассказал, как себя вести во время задержания, правильно подписывать протокол и брать ли с собой в суд адвоката.

Говорят, в каждой шутке есть доля правды. Но в данном случае эта доля впечатляет: по данным лишенного регистрации правозащитного центра «Весна» только за выходные 24-25 октября в Бресте было задержано 78 человек (по данным милиции – 82), со дня выборов – близко к 3 000. В сравнении: за весь 2019 год по политическим мотивам задержаны около 40 человек.

Под репрессивный каток попадают как те, кто участвовал в «несанкционированных массовых мероприятиях», так и случайные прохожие, которым не посчастливилось оказаться рядом. Всех их ждет одна и та же цепочка испытаний – задержание, протокол, ИВС, суд, наказание. Руководитель брестского отделения «Весны» Владимир Величкин рассказал, что ожидать от каждого этапа.

Реклама
Правозащитник о пути от задержания до наказания: «Сейчас шутят: «Не сидел – не белорус»
Владимир Величкин – правозащитник, председатель рады Брестского областного отделения правозащитного центра «Весна», ликвидированного в 2003 году. Фото из архива «БГ»

Задержание

Момент задержания для многих людей становится неприятной неожиданностью.

«Вы попадаете в лапы неизвестных, которые не представляются, обычно одеты по-граждански, на лицах маски или балаклавы. Они хватают человека и куда-то тащат, не представляются и не сообщают причину задержания. Раньше, если от них требовали представиться, по крайней мере, они что-то буркали в ответ, создавали видимость соблюдения формальностей. Сейчас это выглядит как похищение людей», – говорит Владимир Величкин.

Реклама

Если уж такое случилось, правозащитник советует сделать свое задержание максимально заметным: громко требовать от неизвестных представиться и объяснить причину задержания, можно кричать и звать на помощь. Возможно, кто-то из прохожих зафиксирует момент задержания на аудио или видео. В любом случае, внимание прохожих способствует тому, что сотрудники милиции (если это и правда они), будут вести себя спокойнее и корректнее. Однако тут важно соблюсти тонкую грань между привлечением внимания и сопротивлением, за которое грозит серьезная ответственность (вплоть до лишения свободы).

«Лучше не сопротивляться, – предупреждает Владимир. – Хотя сейчас трудно понять, что они считают сопротивлением. Например, человеку стало плохо, подкосились ноги, а сотрудники милиции потом говорят, что он оказывал неповиновение, упирался ногами.

В последнее время уровень насилия при задержаниях снизился по той причине, что происходящее сразу получило широкую огласку, некоторых лиц удается идентифицировать, и это их сдерживает от чрезмерного применения силы. При доставке в райотдел милиции, когда нет свидетелей, могут попинать ногами и побить дубинками. Поэтому совет один – не «быковать», не сопротивляться, чтобы как можно меньше пострадать».

Читайте также: «Решили сделать из нее «образец» для других»: как 25-летняя учительница из Бреста стала политзаключенной

Протокол

В районном отделении милиции устанавливают личность задержанного и, если он подозревается в совершении какого-либо правонарушения, составляют протокол административного задержания.

Реклама

«Особое внимание хочу обратить на этот протокол, потому как часто человек подписывает его не думая или вообще отказывается подписывать. Там указывается ряд статей, на основании которых осуществляется задержание. Обращаю внимание на статью 8.2 ПИКоАП часть 3, где говорится о том, что по просьбе задержанного о месте его нахождения в течение трех часов уведомляются члены его семьи, близкие родственники, защитник. Обычно, когда человек просит позвонить родственникам, ему говорят: «Тут вам не Америка». Вот в этой статье «Америка» и есть. Они обязаны сообщить родным, где человек находится. Отвечайте, что пока этого не произойдет, протокол подписывать не будете. Или укажите в нем «Не сообщили родным», «Не согласен с задержанием». Если вам вменяют то, что вы не делали, то почему бы не написать, что вы не согласны и не описать свою версию? Пусть это будет документально зафиксировано, подшито к материалам дела и поможет при последующих обжалованиях», – советует правозащитник.

По правилам на составление протокола выделено 3 часа, в противном случае задержанного обязаны отпустить. На практике, говорит Владимир, так бывает далеко не всегда:

«Были случаи, когда человек на акции не был, а протокол составлен. Сегодня у нас абсолютно не правовое государство, суды используют презумпцию доверия сотруднику милиции, а работники милиции пишут не то, что есть в действительности, а то, что им скажет начальство или подскажет личная фантазия. Недавно в нашей практике был случай: привлекли человека, но были предоставлены доказательства с участием абсолютно другого человека. Протокол отправили на доработку, а она может закончиться тем, что сотрудники милиции напишут какие-нибудь рапорты, поменяют дату или еще что-то. Если невозможно будет доказать их позицию, то о протоколе просто забудут».

Читайте также: Брестчанин, которого задерживали 5 раз: «В ИВС количество достойных людей, которые разделяют мои взгляды, зашкаливает»

Суд

Если оформлен протокол административного правонарушения, это означает, что дело готовится к подаче в суд. Но это еще даже не середина пути…

«Хотел бы обратить внимание, что свидетелями по нынешним «политическим» делам выступают, как правило, сотрудники милиции. Они находятся при исполнении служебных обязанностей и заинтересованы выглядеть справедливыми. Сотрудник милиции является косвенным свидетелем. В нормальной ситуации он обязан остановить каких-то граждан, которые присутствовали при правонарушении, записать их данные, потом их опросить и на основании этого вменять статью. Но мы видим, что статья 23.34 (Нарушение порядка организации или проведения массовых мероприятий) вменяется на сновании рапортов сотрудников милиции, то есть суд ставится предвзято к задержанным и выносит, по моему мнению, политически мотивированные решения», – говорит Владимир.

Правозащитник указывает на то, что даже если гражданин был на каком-то несанкционированном мероприятии, это не означает автоматически, что он нарушал общественный порядок.

«Свобода участия в мирных собраниях, уличных шествиях и митингах гарантируется статьей 35 Конституции РБ и международным правом. Другое дело, что есть закон о массовых мероприятиях, но в том же законе написано, что есть мирное собрание, а есть нарушающее общественный порядок. Реальность такова, что власти просто не дают провести какое-либо мероприятие. Подаются сотни заявлений на организацию таких мероприятий, но они не удовлетворяется. Что остается людям в этой ситуации?» – вопрос риторический, считает наш собеседник.

Спрашиваем, стоит ли задержанным воспользоваться услугами адвоката, ведь право на защиту гарантировано законодательством? Владимир считает, что этого можно не делать по простым причинам: «Во-первых, услуги адвоката довольно дорогие (около 10 базовых за участие в заседании суда), далеко не каждый может себе это позволить. Во-вторых, результат участия адвоката в этих политических делах практически равен нулю. Не стоит тратить деньги, чтобы потом добавить внушительную сумму к штрафу или оплате за питание в ИВС (а это 0,5 базовых величин в сутки)».

Читайте также: 30 суток, до 200 базовых, общественные работы. В Беларуси хотят ужесточить наказание за участие в акциях и БЧБ-флаги

ИВС

По закону максимально возможный срок административного задержания – 72 часа, то есть трое суток. Дальше должен состояться суд или задержанного обязаны отпустить. Однако в последние месяцы максимальный срок задержания стал обычной практикой. Как считает правозащитник, делается это с одной лишь целью – «демонстративно-воспитательной»: «Даже для этих 72 часов есть ограничения. Например, нельзя задерживать родителей, у которых дома остались несовершеннолетние дети. Особенно матерей. Но наши правоохранители в «воспитательных» целях, чтобы люди не открывали рот, не выходили, не требовали то, что гарантировано конституцией, специально задерживают родителей на максимально возможный срок (обычно перед выходными), пугают изъятием детей или постановкой в СОП».

Эти 72 часа задержанные находятся в ИВС (изолятор временного содержания). В Бресте он находится в Северном городке на территории Ленинского РОВД. Количество койко-мест там ограничено. Если изолятор переполнен, часть задержанных отправляют в другие районы области – в Кобрин, Березу, Дрогичин, Каменец, Столин, Малориту. Как говорит правозащитник, после выборов это стало обычной практикой: перед очередным воскресением, чтобы освободить камеры для новых задержанных, предыдущих развозят в изоляторы других районов.

Если суд выносит решение об административном аресте, милиция не обязана забирать его сразу в ИВС. Однако теперь, как говорит Владимир, чтобы наказание было максимально неприятным, осужденных стараются забирать прямо из зала суда, демонстративно, в наручниках, как преступников.

Дальше попавшим «на сутки» предстоит познать все «прелести» ИВС.

«Какие условия в Ленинском РОВД? Во Львове есть музей-тюрьма на Лонцкого, она выглядит так же, как в 1941 году, когда там НКВДшники расстреливали заключенных при отступлении. Там один в один такие же камеры и двери с «кормушками», как у нас в Ленинском РОВД. Брестский ИВС – это подвальные помещения, окна выходят из-под земли наружу и настолько зашторенные решетками, что дневной свет в камеру не попадает, свет горит круглосуточно, но такого качества, что можно зрения лишиться. Вентиляция гудит всю ночь, в углу камеры унитаз, огороженный кирпичной стенкой метр на метр. Где-то стоит две, где-то четыре двухъярусные кровати. Две камеры там недавно сделали за деньги Евросоюза, они относительно комфортные. В Кобринском ИВС большие просторные камеры, видно в окно, когда день, когда ночь, можно книги читать», – сравнивает Владимир два изолятора, где побывал сам. – К матрасам есть вопросы – это мешки с комками величиной с кулак непонятно из чего. Ни одна принцесса на горошине этого не выдержит, так много там «горошин». Заключенные лежат на полу, на столе, кто как приспособится. Прямо скажу, скотские условия. Благодаря событиям этого года, все увидели, что людей, которые попадают в специальные учреждения, система не воспитывает, а пытается превратить в животных. Это нужно категорически менять».

Люди часто путают ИВС и СИЗО. Владимир пояснил, в чем состоит принципиальная разница:

«СИЗО – это тюрьма. Там содержится другой контингент – по уголовным делам, «административников» туда обычно не отправляют. 9 – 16 августа были исключением, когда из-за огромного количества задержанных очень многие брестчане попали в СИЗО-7 по административке. Думаю, это была плановая временная мера. Сейчас СИЗО-7 используется по назначению – там содержатся люди, которые задержаны по подозрению в уголовном преступлении».

Спрашиваем правозащитника, можно ли как-то морально и физически подготовиться к штрафам и аресту.

«Знаете, сейчас шутят, говорят: «Не сидел – не белорус», «Получил штраф – посвятил себя Родине», – улыбается Владимир. – Люди воспринимают все происходящее философски. Получили повестку – возьмите с собой необходимые вещи, прежде чем отправиться в РОВД. И как можно больше рассказывайте о происходящем с вами, не молчите, не стесняйтесь, привлекайте внимание общественности. Из-за чего развалился Советский Союз? Из-за гласности. Нужно обращаться к правозащитникам, жаловаться, хоть сейчас право и не работает. Но времена меняются. Всегда основной рычаг против беззакония – гласность».

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш Telegram-бот. Это анонимно и быстро

Eсли вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.