Прислать новость
  • 22 °C
    Погода в Бресте

    22 °C

  • 2.528
    Курс валюты в Бресте
    USD2.528
    EURO2.6616
    100 RUB4.7328

На стене в Бресте появился милиционер, согнувшийся от боли и думающий об Оскаре после задержания Тихановского в Гродно

Экс-силовик — про отъезд из Беларуси и настроения милиции: «Не могу сказать вообще за всех, но пить стали очень много»

07.02.2022 20:53

По словам экс-сотрудника уголовного розыска, многие уже не так охотно рассказывают, что они работают в милиции, потому что боятся реакции людей.

Экс-сотрудник уголовного розыска Сергей [имя изменено по просьбе собеседника] уехал в Киев в конце февраля 2021-го. Решение принял после определенных «сигналов»: появилась перспектива вызова в «органы». Он рассказал одному из неугодных властям ресурсу о причинах своего отъезда, новой работе, настроениях в милиции и другом.

Читайте также: Эксперты — о «заочном» привлечении к уголовной ответственности: «Это карательное правоприменение, никто не застрахован»

Реклама

«Во-первых, остались там и нормальные люди, сказали мне об этом. Ведь сначала планировали переложить [решение вопросов с уволившимися сотрудниками] в долгий ящик. Но, когда разобрались с основной массой протестующих, начали и это. Есть специальные милицейские базы, не буду рассказывать подробно, но там прописывается определенный статус: есть «в розыске», а есть такой, что тебя ищут — для беседы, например. Вот я и был в поиске», — рассказывает Сергей.

Он видит несколько причин внесения в список «на поиск». Во-первых, Сергей ушел не тихо, а с публичным заявлением и видео. Во-вторых, в «Черной книге» появилась достаточно подробная информация о его бывшем коллеге — и экс-коллеги подумали, что она там появилась благодаря Сергею. Хотя там были и такие факты, которые он не знал. В-третьих, его лишили звания. Все в совокупности, по его словам, и сыграло роль. В итоге, уже позже, Сергея через родителей пытались вызвать в отдел по борьбе с экономическими преступлениями.

«Я прекрасно понимал, что будущего здесь, плюс с большим долгом за Академию, у меня нет. Поэтому решил: пусть лучше буду в соседнем государстве платить налоги, чтобы государство развивалось, чтобы какое-то будущее было», — объясняет экс-силовик.

Вид на жительство в Украине Сергей получил уже через пару месяцев. И нашел там работу в IT-сфере. Обучился ей сам, практически без посторонней помощи. Зарабатывает теперь гораздо больше, чем в милиции, но, правда, немного скучает: нет той физической активности. В итоге иногда работает, встает и походит. Общения тоже меньше: многие коллеги иностранцы, с ними «за жизнь» особо не поговоришь.

«Я бы, вероятно, вернулся в Беларусь чисто за идею. Помогать «почистить» тех, кто «натворил делов» после перемен. А так: нет, я хочу остаться в сфере, в которой сейчас, и развиваться. Не буду врать, и деньги играют тут большую роль: и в Беларуси, и в Украине платят мало», — рассказывает Сергей.

Он добавил, что после смены сферы деятельности стал заметно меньше пить: меньше стресса. Плюс понимает, что для работы всегда нужны «свежие мозги».

Читайте также: Опубликован список экс-силовиков, которых Лукашенко лишил званий. В нем 87 фамилий

Сергей поддерживает связь с бывшими коллегами: в основном с теми, кто тоже уволился, и в августе 2020-го, и буквально недавно. Правда, поддерживает контакт и с действующим сотрудником.

По словам Сергея, действующий сотрудник, с которым он общается, осуждает происходящее в стране. Ему не нравится все это, но выбора у него нет. Он боится «попасть на деньги».

Реклама

«Понимаешь, когда ты мобильный — тогда все равно. А когда есть квартира, машина, у тебя могут быть проблемы с деньгами и ты не сможешь нормально работать… Я отчасти понимаю этих людей», — объясняет экс-силовик.

Он приводит неожиданный пример:

«Почему кассиров много? Потому что люди не мотивированы просто что-то менять».

Сергей рассказал, что отношение к бывшим коллегам у силовиков специфическое: они их считают предателями. Причем было так и до событий августа 2020-го.

«Если ты меняешь сферу — тебя видят как предателя. И они думают, что деться некуда, ведь ничего не получится, где деньги такие будешь зарабатывать? Поэтому всегда такое: если уйдешь — никто не вспомнит добрым словом», — объясняет мужчина.

Читайте также: Экс-следователь — о возможных чистках в МВД: «Страна получит людей, которые лишились хороших должностей и перспектив»

По его мнению, говорить о массовой «охоте» на бывших силовиков, как это могут подавать некоторые источники, нельзя:

«Я знаю людей, которые вот прямо совсем недавно уволились. И по статьям, и выплатили контрактные. И все окей, не было давления, ничего. Понятно, что могут быть какие-то проверки, данные передаются, может быть, в управление собственной безопасности, в комитет этот наш карательный. Могут быть проверки, прослушка, негласное наблюдение».

Он считает, что настроения у действующих сотрудников не меняются:

«Возьми, например, РОВД. Они работают так, как и работали [до 2020-го]. Есть частные случаи, с той же политикой, но по ним работают люди, которые уже работали по теме, «замазались», и сами желающие. Остальные так и работают, занимают ко всему нейтральную позицию: «я предпочитаю молчать и не высказываться ни в ту, ни в другую сторону, моя работа — раскрытие преступлений, а политика — это политика».

Но многие сотрудники все-таки чувствуют какие-то перемены:

«Есть стеснение носить форму, чтобы люди знали, где работаешь. Многие уже не так охотно рассказывают, что они работают в милиции, потому что непонятно, какая реакция у других людей. Боятся соседей, есть постоянный страх. А, еще вот, кстати, про настроение в коллективе: пить стали очень много. Не могу сказать вообще за всех, говорю за свое подразделение».

Читайте также: Эксперты — о трагедии в Речице: «Видно, что издевались, что руки были прижаты наручниками, что были удары в спину»

По мнению Сергея, «некомплект» силовиков — понятие относительное. Его создает количество ненужной работы. Потому что при таком количестве силовиков, как у нас, как в принципе может быть некомплект? А так да, действующие сотрудники перегружены. Сергею рассказывали, что в подразделениях криминальной милиции стараются оптимизировать процессы.

Оптимизация процессов выглядит по-разному: с одной стороны, уменьшение бумагооборота, но, с другой стороны, теперь сотрудники могут писать те же протоколы в любом виде, и суды их «не так пристально читают». Иначе могут работать с той же криминальной милицией: оказывают давление на людей, пользуясь «моментом».

«Говорят «понимаешь, время сейчас такое, мало ли ты в чем еще замешан». А человека и так колбасит, он понимает, что его можно взять за все подряд. Фактически полномочий стало больше за счет этого», — объясняет Сергей.

Читайте также: Что известно о Дмитрии Усхопове, который погиб после задержания? Информация от близких, медработника и судмедэксперта

Оцените статью

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш Telegram-бот. Это анонимно и быстро

Подпишитесь на наши новости в Google

Eсли вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.