Прислать новость
  • 3 °C
    Погода в Бресте

    3 °C

  • 2.6057
    Курс валюты в Бресте
    USD2.6057
    EURO3.1662
    100 RUB3.5028

Летчик Николай Должанский, живший в Бресте, получил звание Героя Советского Союза за 113 боевых вылетов

Летчик Николай Должанский, живший в Бресте, получил звание Героя Советского Союза за 113 боевых вылетов

478 07.05.2014 11:33

Брестчанин Николай Должанский ушел из жизни в октябре 2011-го. Но осталась добрая память в сердцах его родных и всех тех, кто был знаком с этим удивительным человеком.

Все начиналось с мечты…

Николай Иванович Должанский родился 27 сентября 1917 года в городе Кургане в семье служащего. В середине 20-х годов семья переехала в Казахстан, в город Алма-Ату. Там он окончил семь классов и работал чертежником в Главдоруправлении, одновременно стал заниматься в аэроклубе. Но небо влекло Николая Должанского куда больше, чем кульман чертежника.

Реклама

20 февраля 1940 года он был призван в армию и направлен в школу младших авиационных специалистов в Ташкент. В феврале 1941-го его зачислили курсантом в Тамбовскую военно-авиационную школу пилотов, а в мае 1942 года откомандировали в Чкаловскую военную школу пилотов, где он освоил Ил-2. Старший летчик 165-го гвардейского штурмового авиационного полка гвардии лейтенант Николай Должанский сражался на Воронежском и 1-м Украинском фронтах. После войны он продолжил службу в ВВС, закончил ее в звании полковника. С 1968 года работал в дорожных организациях Бреста и на БЭМЗе.

Корреспонденту довелось встретиться с Николаем Должанским в 2009 году, тогда-то он и поделился воспоминаниями о своих фронтовых буднях.

Летчик Николай Должанский, живший в Бресте, получил звание Героя Советского Союза за 113 боевых вылетов

Реклама

113 боевых вылетов = Звезде Героя 

Ратный труд прославленного летчика отмечен двумя орденами Красного Знамени, орденами Александра Невского, Отечественной войны I степени, Красной Звезды. Среди его наград много боевых медалей. Одна из них – «За освобождение Белграда».

«Не скажу, что я к своим боевым наградам отношусь особо трепетно, но для меня каждая из них – это память об определенном этапе фронтовой жизни, – рассказывал Николай Иванович при встрече с корреспондентом. – Воевать я начал в июле 1943-го на Курской дуге, а в 1944-м получил Звезду Героя. Меня наградили не за какой-то конкретный подвиг, а за 113 боевых вылетов. Ведь в каждом из них я выискивал и бомбил колонны с живой силой и техникой противника».

До конца Великой Отечественной число сделанных Должанским боевых вылетов увеличилось до 175. Он вспоминал, что в начале войны летчиков, управлявших тяжелыми илами, называли смертниками, потому что первые партии этих самолетов выпускались в усеченном варианте. Вместо кабины для бортового стрелка на них устанавливали дополнительный бак с топливом, чтобы увеличить дальность полетов. Зайти к Илу в хвост и расстрелять его тогда было несложно. Когда же вернули бортового стрелка, к самолету уже стало трудно подступиться.

На «летающем танке»

«Только к середине войны Ил-2 стал «летающим танком» или «железным Густавом», как называли его летчики Люфтваффе, – пояснял летчик-фронтовик. – У меня же были свои секреты, как не попасть под огонь немецких истребителей. Я старался постоянно видеть картину, не терять бдительности при любых обстоятельствах. А еще научился предчувствовать тот момент, когда начнется огневая атака. Тогда я резко делал крен в сторону, и немецкий летчик терял меня из прицела, а его самолет попадал под огонь моего бортового стрелка. В 1943 году в арсенале Илов уже были кумулятивные снаряды. Каждая из таких «бомбочек» могла насквозь прожечь танк. Не немецкие штурмовики, а наш Ил признан лучшим штурмовым бомбардировщиком Второй мировой войны».

Реклама

В небе Югославии

Медаль «За взятие Белграда» была памятна Николаю Должанскому, по его словам, прежде всего ощущением, что война с гитлеровцами вступила в завершающую стадию и победа уже была делом времени.

«Врезалось в память, как нас встречали югославы, которые плакали и обнимали нас, целовали, – словно погружался в прошлое Николай Иванович. – Даже как-то неловко становилось от столь бурного проявления чувств. Там на нас смотрели, как на освободителей, скажу больше – как на святых… Через несколько лет после войны меня пригласили в Белград, и вновь были слезы радости, много воспоминаний. Мне не так уж и часто доводилось на подбитом самолете совершать аварийные посадки, но одна из них была именно в Югославии. Садиться тогда пришлось в чистом поле, возможно, потому серьезных последствий не было. Однако всегда подобные обстоятельства связаны с нервным напряжением и неожиданностями. К примеру, под Курском из-за пробитого радиатора довелось сделать это в лесу, рискуя обломать у самолета крылья. Тогда я повредил ногу, и мой напарник-стрелок едва ли не тащил меня на себе».

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш Telegram-бот. Это анонимно и быстро

Eсли вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.