Прислать новость
  • 14 °C
    Погода в Бресте

    14 °C

  • 2.5399
    Курс валюты в Бресте
    USD2.5399
    EURO3.0029
    100 RUB3.3212

Владимир КОРСАКОВ: «Советские войска имели такой потенциал, что мир можно было стереть в пыль»

207 21.02.2013 14:46

В канун Дня защитников Отечества редакцию «БГ» посетил полковник в отставке Владимир Сергеевич Корсаков, служивший в ракетных войсках стратегического назначения (РВСН). Он рассказал о том, как создавался этот вид Вооруженных Сил СССР, какие непредвиденные ситуации возникали при испытании ракет и как сейчас поддерживают связь бывшие ракетчики. 

– Владимир Сергеевич, как попали в ракетные войска и как проходила служба?

– Я начинал служить в 1959 году. Окончил Серпуховское военное авиационно-техническое училище спецслужб ВВС СССР в 1962-м и попал служить в Украину, в Хмельницкий. Но сразу не в авиацию, а в ракетные войска.

Хотя наше училище называлось авиационно-техническим, первые полтора года я проучился как авиационный специалист, а потом полтора года как ракетчик. Когда формировались ракетные войска стратегического назначения (новый вид Вооруженных Сил был создан постановлением правительства СССР 17 декабря 1959 г. – прим. авт.), трудновато было, только некоторые получили специальное образование. Сразу всех подготовить было нельзя, потому набирали артиллеристов, пехотинцев, авиаторов, моряков – всех.

Реклама

В 1968-м поступил в Военную инженерную академию им. Ф.Дзержинского в Москве. Сейчас она называется Военная академия ракетных войск стратегического назначения им. П.Великого. Служил в Пружанской дивизии, потом – в Лидской. В 1972-м поступил на командно-инженерный факультет и дальше продолжал службу в Пружанах главным инженером дивизии. В общем сложности я служил 33 года.

– Присутствовали ли Вы на испытаниях ракет? Какие необычные, сложные ситуации возникали за годы Вашей службы?

– В ракетных войсках служба, конечно, очень серьезная, потому что задачи решаются очень ответственные. Те войска, в которых я служил, можно сказать, делали мировую политику. Опора была именно на ядерные стратегические ракетные войска.

Случаи были разные. Например, в 1964 году мы отрабатывали на полигоне Капустин Яр графики залпового пуска шахтного дивизиона. Это была правительственная задача, очень ответственная. Вроде все работало хорошо. Мы сделали первый залп, пошли на подготовку второго, как случилась авария. Потом оказалось, что произошла она по недоработке технической документации, личный состав был не виноват. Произошел серьезный выброс окислителя – агрессивного компонента на основе азотной кислоты. Мы оттуда привезли семь трупов.

Реклама

Причем ни один из солдат аварийно-спасательной команды, специально экипированных, не полез спасать пострадавших. Испугались. Полезли спасать именно офицеры. Мы со старшим лейтенантом Владимиром Чересло вынесли из шахты троих. Мои товарищи Геннадий Дмитренко и Вадим Савушкин, с которыми в один год выпускались из училища, вынесли из другой шахты еще нескольких. Те, кто спасал, получили серьезные отравления, которые потом давали о себе знать в течение года. Я, например, когда спускался в аварийную шахту, порвал свой противогаз, наткнувшись на острый штырь, а там пары окислителя, которые все заволокли.

Старший лейтенант Репетуев, начальник заправочного расчета, сам вылез из этой шахты, но его облило окислителем капитально. У него уши обгорели, почти не было волос, носа наполовину, но выбирался он с закрытыми глазами. Так что зрение осталось. Десять месяцев его лечили в Военно-медицинской академии им. С.Кирова, и он выжил.

Стрессовых ситуаций, конечно, было достаточно. В 1977 году, уже будучи главным инженером полка Лидской дивизии, я заступил на дежурство по полку. Тогда была установлена система автоматического боевого управления. Мы находились в дежурном режиме. И по засовскому телефону (ЗАС – засекречивающая аппаратура связи – прим. авт.) прошла информация, что будет проходить боевой режим. А это фактически команда на применение ядерного оружия.

Я заступил в ночь, а оперативный дежурный забыл мне передать эту информацию. И вот где-то в половине первого ночи поступает боевой режим. Я начал действовать. Поднял дивизионы, соответственно достал пакет из генерального штаба, хорошо, что не успел его распечатать. И начал докладывать наверх дежурному командиру дивизии. А мне оттуда – неудобно говорить, матом – «Что ты делаешь?!» Потому что пусковые установки были уже готовы, доклад пошел в генштаб. Никто его отменить не мог, все получили информацию, что я начал действовать. Потом были серьезные разборки, но хорошо, что меня вовремя остановили.

Если на Хиросиму и Нагасаки были сброшены бомбы по 20 килотонн, то у нас одна головная часть ракеты была больше 2 мегатонн. А таких в полку было восемь. Можете себе представить, что бы я сделал. Тогда нужно было поднять солдат, им давалось 20 минут, чтобы добежать до пусковой установки, подготовка тоже занимала время. Если бы система была автоматизированная, как сейчас, были бы страшные последствия.

– Поддерживаете ли Вы связь с коллегами сейчас, выйдя в отставку?

– Мы уволились из Вооруженных Сил, когда ракетные войска из Беларуси были выведены. Последний полк был выведен с Лидской дивизией в ноябре 1996-го. Но мы, как ракетчики, решили объединиться, чтобы не терять связь. Вот и создали организацию, которая называлась Ассоциация ветеранов ракетных войск стратегического назначения в составе Белорусского союза офицеров. Недавно вступили в состав Международного союза общественных объединений «Ветераны РВСН» в Москве. Туда, помимо Беларуси, входят Россия, Украина и Казахстан. Нас приглашают на конференции, установочные сборы. Так что информацией о том, что сейчас из себя представляют ракетные войска, мы владеем.

Реклама

В советское время в Беларуси стояли 4 дивизии: Поставская, Мозырская, Лидская и Пружанская. Сейчас их называют по месту дислокации, но они имели свои боевые номера, которые были засекречены. Например, наша Пружанская – 31-я ракетная дивизия.

А вообще мы подчинялись Смоленской армии, которая включала 9 дивизий. Из них три стояли в Прибалтике, четыре в Беларуси и еще две в России. Вообще это была огромная мощь. Была ядерная триада: стратегическая авиация, ракетные войска и флот. Это такой потенциал, что мир можно было стереть в пыль. Мы же пытались догнать американцев, потому была такая мощь.

– Как Вы считаете, гонка вооружений в середине прошлого века была оправданной?

– Я так скажу, американцы трижды готовы были начать ядерную войну. У нас еще не было носителей, которые могли доставить боевые блоки до Америки. Но, когда мы провели испытание «Царь-бомбы», которое зафиксировали даже в Австралии, американцы уже стали думать.

Но в начале 60-х у нас не получилось бы достать Америку. Ракеты могли доставить заряды на расстояние до 2 000 километров, потом уже появились межконтинентальные. Вы, наверное, знаете, что главкомом ракетных войск стратегического назначения был Неделин. Так вот он в 1960 году погиб на испытании такой ракеты.

Ракета была не подготовлена, но ее запуск спешили провести к годовщине Октябрьской революции. При пуске вместо двигателя первой ступени запустился двигатель второй. Соответственно, он прожег баки первой ступени и произошел мощнейший пожар с возгоранием агрессивных компонентов ракетного топлива. Неделин и еще около 80 человек погибли.

– Недавно бывшему полковнику Советской Армии Станиславу Петрову вручили Дрезденскую премию за предотвращение конфликтов и насилия за то, что он 1983 году распознал ложное срабатывание системы предупреждения о ракетном нападении и тем самым спас мир от ядерной войны…

– Это не единичный случай. Они были и раньше. Начать легко, предотвратить трудно. Так что, если не разобрался окончательно, какое тело летит, нельзя принимать решение. Правильно человек сориентировался, что не стал сообщать о непонятном сигнале.

Например, стая лебедей могла выглядеть на радаре как летящая ракета с отделяющимися головными частями. Ракеты были такие, они и сейчас есть. Когда одна ракета несет десять боевых блоков, каждый по 25 килотонн – это чуть мощнее, чем в Нагасаки сбросили. Но их десять боевых блоков плюс 40 ложных. Вот и думай, это стая лебедей летит или боевые блоки. Ну и уничтожить их не так просто, потому что они имеют одинаковую радиолокационную отражающую способность.

– Такие ракеты запускались?

– Такие ракеты запускались на полигонах, учебные. Там не было ядерного заряда, был обыкновенный тротил, чтобы предвидеть, как боевой блок будет падать. Прежде чем принять на вооружение ракету, ее ведь нужно испытать. Это очень серьезный процесс. Занята масса заводов, научных учреждений, конструкторские бюро. Это серьезная работа. И когда летно-конструкторские испытания пройдут, только тогда можно принимать на вооружение.

– Постсоветские страны достойно провожают на пенсию?

– Всем военнослужащим Советской Армии, в том числе ракетных войск, которые остались в Эстонии, Латвии, Литве, пенсию выплачивает Россия. По договоренности Казахстан, Украина и Беларусь выплачивают сами. Но размеры пенсий разные.

– А где самая высокая? В России?

– Мне кажется, в Казахстане не ниже. В Казахстане принято решение, что у всех военных пенсионеров пенсия составляет 100% от самой высокой зарплаты. В последнее время кризисы очень серьезно влияли на военную пенсию. Одно время у нас она была выше, чем в России.

Поначалу, когда распался Союз, я, как главный инженер дивизии, получал приличные деньги: чистыми на руки 520 рублей (курс доллара колебался от 0,50 до 0,90 рубля за 1 доллар США – прим. авт.). А когда ушел на пенсию, стал получать около 60 долларов. Потом нам пенсию подняли, но сейчас в России получают значительно больше, чем в Беларуси.

Есть такие люди, которые прописываются в России, чтобы получать российскую пенсию. Но россияне относятся к этому очень серьезно. Если раза два за пенсией лично не приходишь, выписывают обратно, и можно уже в Беларуси на некоторое время без пенсии остаться.

– Как Вы собираетесь праздновать 23 февраля?

– Мы подготовили письмо президенту, чтобы День защитников Отечества сделали всенародным праздником. А не так, чтобы на усмотрение командира – дать выходной или не дать.

Мы регулярно собираемся. Например, 17 декабря на день РВСН и на день дивизии.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш Telegram-бот. Это анонимно и быстро

Eсли вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.